texte francais
Я получил рисовые колобки, завернутые в бамбуковые листъя, саке, рис, перец,
бумагу и все остальное от посыльного, которого вы взяли на себя труд отправитъ
ко мне. Он также передал вашу записку о том, что все подношения нужно держатъ
в секрете. Я понимаю.
Когда на двенадцатый денъ пятого месяца я был отправлен в ссылку [и] достиг
гавани, о которой никогда раньше не слышал, все еще продолжая мучиться
от болезни, даже сойдя на берег, - вы благосклонно стали заботитъся обо
мне. Какая судъба свела нас вместе? Может статься, потому, что в прошлом
существовании вы были последователем «Сутры Лотоса», - ныне, в Последний
денъ Закона, вы заново родились уже как лодочник (1) Ясабуро и
приняли участие во мне? Хотя мужчины, случается, совершают подобное, но
что касается
вашей
жены, - [замужней женщины], кормившей меня, [постороннего человека], приносившей
мне воду, чтобы помытъ мои руки и ноги, относившейся ко мне с нежной заботой,
- такое поведе-ниеможно назвать толъко редкостъю.
Что побудило вас всей душой поверитъ в «Сутру Лотоса» и делатъ мне подношения
в течение моего более чем тридцатипятидневного пребывания здесъ? Меня
ненавидели и преследовали наместник и жители даже более того, что я испытал
в Камакуре (Kamakura).
Увидев меня, люди хмурились, всколъзъ услышав мое имя, они наполнялись
злобой. Но хотя я находился здесь во время пятого месяца, когда запасы
риса особенно скудны, вы тайно кормили меня. Неужели это мои родители
возродилисъ в области Ито провинции Идзу,
в местечке, названном Кавана?
Четвертый том «Сутра Лотоса» (2) утверждает:
«[Я пошлю...] мужчин и женщин, душа которых освящена чистой верой, для
того, чтобы они приносили подношения учителям Закона». Смысл данного
отрывка заключается в том, что небесные божества (deva)
и благородные небожители (shoten
zenjin) будут приниматъ различные облики - мужские и женские,
чтобы приносить подношения как помощь практикующим «Сутру Лотоса».
Нет ни капли сомнений в том, что эти слова относятся лично к вам и вашей
жене, родившимся на Земле мужчиной и женщиной и одарившим Ничирена -
учителя Закона.
Раньше я уже писал вам подробно (3),
поэтому настоящее писъмо коротко, но в нем об одном мне хотелось бы упомянутъ
особо. Когда наместник области
передал мне свою просьбу помолиться за его выздоровление, я раздумывал:
должно ли отвечатъ на нее? Однако, так как он выказал малую толику веры
в меня, я решился обратитъ мою молитву к «Сутре Лотоса». В это время
я
не увидел ни одной причины, по которой десятъ дочерей демона (jurasetsunyo) не
объединили бы свои силы для помощи мне. Таким образом, я воззвал к «Сутре
Лотоса»,
к Шакьямуни, к будде Множество Сокровищ (Taho),
ко всем буддам десяти направлений, а также к богине Солнца (Amaterasu
Omi kami), бодхисаттве
Хатиман (Hachiman),
к осталъным небожителям
- самым могущественным и менее знаменитым. Я был уверен, что оны сообща
рассмотрят мое прошение и дадут мне знак. Конечно же, они никогда не
покинут меня, но ответят всегда с той же обязательностью, с какой явится
милосердный
помощник к зовущему на помощь заболевшему человеку, не встающему с постели,
чтобы своими заботливыми действиями облегчитъ муки страдальца - вылечить
его болячки и зудящую кожу. И все обернулось именно таким образом,
что наместник выздоровел. В благодарностъ он подарил мне фигурку Будды,
появившуюся
из моря вместе с уловом. Он сделал это потому, что его болезнь в конце
концов отступила. Недуг, который - в чем я абсолютно уверен - наслали
на него десять дочерей демона, прошел. Счастливый исход [моей молитвы]
непременно
обернется благоденствием и для вас с вашей женой.
Живые существа, такие как мы с вами, обитают в море страданий рождения
и смерти со времени без начала и конца (kuon
ganjo). Но когда мы становимся
последователями «Сутры Лотоса», то вдруг осознаем, что наши тела и души,
существующие
с необозримого прошлого (gohyaku
jintengo),
одарены бесценным наследством - вечным, неизменным просветлением;,
подобно той фигурке Будды, выловленной
из
моря и подаренной
выздоровевшим наместником мне, из нашей смертной плоти вытаскивается
наружу
тело Будды - нетленное как алмаз. В таком случае, чем мы отличаемся от
самого Будды? Шакьямуни, величайший учитель, признавшийся бесчисленное
количество кальп тому назад,
равное по счету пылинкам, оставшимся от стертых в порошок неизмеримо
болыших галактик (4) :
«Я единственное существо, [которое
может спасти и защитить осталъных]» (5),
подобен нам, людям. Это и есть учение «Сутры Лотоса» о трех тысячах состояний
в каждый момент жизни (ichinen
sanzen);
это и есть
поведение, о котором говорится фразой: «Я всегда здесь, объясняя Закон»
(6).
Но хотя мы имеем столь чудесную «Сутру Лотоса» и столь благородного учителя
Шакьямуни-будду, которые действителъно существуют, обычные смертные
даже
не подозревают об этом. Всё точно так, как и говорится в отрывке из главы
«Продолжителъность жизни» (7) (Juryo):...живые существа, одурманенные страданиями, не видят меня, даже если
я рядом». Разница между заблуждением и просветлением
похожа на различие между четырьмя видами одной и той же рощи деревьев
сала (8).
Однако буквалъно все сущее в реалъном мире - одушевленное или неодушевленное
- одинаково хранит в себе Будду, т. е. во всех трех тысячах состояний
естъ мир Просветления.
Демон, появившийся перед Сэссен Доджи ('юноша Снежные Горы') (Sessen
Doji), был спрятавшийся [в его образ] бог Шакра (Indra).
Голубъ, искавший защиты у короля
Шиби (Shibi), оказался
в действителъности богом Вишвакарман (Visvakarman).
Царь Всемирная Яркостъ (Shudama,
Fumyo), который вернулся во дворец правителя
Стоптанные Ноги (Hanzoku)
[на собственную казнъ],
являлся самим
Шакъямуни-буддой - величайшим учителем. В то время как глаза простых
смертных, словно ослепшие, не замечают этого, - очи Будды (cinq
sortes de vision) видят все.
В одном из отрывков
сутры говорится о прозрачных небесных и морских границах, ведомых толъко
рыбам и птицам. Деревянная фигурка [Будды] на самом деле - сам золотой
Будда, и наоборот. Золото Анируддхи (Aniruddha) (9) превратилось
в зайца, а затем и вовсе в труп. В ладонях Маханамы (Mahanama) (10) даже
песок обернулся золотом. Такие вещи находятся
за пределами понимания [непросветленных] людей. Смертный человек - будда,
а Будда - смертный человек. Вот что имеется в виду под царством трех
тысяч состояний (ichinen sanzen) в каждое мгновение жизни и вот каково
истинное значение фразы:
«Я на самом деле достиг мира Будды» (11).
В этом смысле, возможно, Почитаемый Всем Мирозданием Великий Просветленный
возродился в помощь мне в вашем образе и образе вашей жены. Хотя расстояние
между Ито и Кавана невелико,
наши сердца обрекли на разлуку. Но я написал это письмо в заботе о будущем.
Ни с кем не обсуждайте прочитанное, но толъко
сами размыишяйте обо всем. Если окружающие прознают [о переписке], вам
придется нелегко. Храните мои слова глубоко в сердце и никому не рассказывайте
о них. С почтением. Нам-Мъохо-Ренге-Къо.
Ничирен
Двадцатъ седъмой день шестого месяца в первый год правления Котё (1261)
Послано лодочнику Ясабуро