Прибывший странник, скорбя, сказал:
— С недавних лет до последних дней [i] волнения в небе, бедствия на
земле, голод, эпидемии болезней повсюду наполняют Поднебесную и широко
распространяются по миру. Быки и лошади падают на перекрестках, и [их]
скелеты заполняют дороги. [Число] людей, которых призвала смерть, уже
превысило половину [населения страны], и не осталось решительно ни одного
человека, который бы не печалился об этом. Однако [люди], или всецело
[полагаясь] на фразу «Это — острый меч!» [ii], произносят имя главы
учения о земле на западе [iii],, [веря] в обет исцелить от всех
болезней, читают нараспев сутру о Татхагате Восточного Края [iv],,
поклоняясь словам «[Его] болезни сразу же исчезнут, [он] не будет стареть
и не умрет» [v], почитают истинно чудесное писание — Цветок Дхармы [vi], веря словам «Семь бедствий исчезнут, семь счастий народятся» [vii],
устраивают на ста местах сто чтений [viii],, опираясь на тайное
учение Сингон [ix], наливают воду в пять сосудов [x], или есть такие,
кто, [пребывает] в сидячей дхьяне полностью выполняя [ритуал], войдя
в сосредоточение [xi] постигает луну учения о «пустоте», чтобы ясно
видеть [суть] [xii], или [есть такие, кто,] начертав [на табличках]
имена семи духов?божеств [xiii], прикрепляет [таблички] к тысяче врат,, нарисовав образа пяти Великих Сил [xiv], вешает [их] на десять
тысяч [xv] дверей,, почитая небесных и земных богов [xvi], устраивает
празднества [xvii] по четырем углам и у четырех границ [xviii],,
правитель страны и главы провинций, сострадая населению [городов] и
крестьянам, правят добродетельно.
Тем не менее, [народ] только теряет надежду [спастись, и его] все больше
охватывают голод и болезни. Нищие [везде], куда ни посмотришь, умершие,
куда ни кинешь взгляд. Сваленные в кучи трупы похожи на смотровые башни,
положенные рядом с друг другом мертвые тела похожи на мосты [из бревен].
Если посмотреть, [то увидишь, что] две яшмы соединены [xix], пять жемчужин
— на одной нити [xx]. Три Сокровища [xxi] пребывают в мире, [правление]
ста царей еще не окончилось [xxii], но этот мир [все же] быстро идет
к упадку. Почему же [люди] оставили Дхарму? Какие несчастья к этому
привели? Из?за каких ошибок это произошло?
Хозяин сказал:
— Только [я] один об этом печалюсь, и [в моем] сердце поднимается негодование.
Странник, прибыв [сюда], будет скорбеть вместе [со мной]. Давайте обо
всем [этом] обстоятельно поговорим.
Человек, «выйдя из дома» и вступив на Путь [xxiii], надеется с помощью
Дхармы [стать] буддой [xxiv]. Однако искусство богов сейчас не помогает
[xxv], свидетельств величия Будды нет [xxvi]. Внимательно изучая состояние
этого мира, [я] вижу, что [люди] глупы, и [во мне] возникают сомнения
относительно [их] последующих рождений [xxvii]. Глядя на покрывающее
[нас] круглое [xxviii], затаивают обиду, глядя на расстилающееся [под
нами] квадратное [xxix], погружаются в горестные мысли. Усердно подув
в [свою] крохотную дудочку [xxx] и несколько полистав сутры, [я понял,]
что все в [этом] мире отвернулись от Истинного, и люди повернулись к
плохому [xxxi]. Поэтому добрые боги [xxxii] оставили страну и все вместе, святые покинули [родные] места и не возвращаются. Воспользовавшись
этим, пришли мары, пришли [злые] духи [xxxiii], [страну] охватили несчастья,
охватили бедствия. [Об этом] нельзя не говорить, [этого] нельзя не страшиться!
Гость сказал:
— О несчастьях в Поднебесной, о бедствиях в стране не только [я] один
скорблю, все люди печалятся. Сейчас, войдя в орхидеевую обитель [xxxiv],
[я] впервые услышал благодатные речи, но из каких сутр выходит, что
боги и святые, и друг за другом возникли несчастья и беды? Услышу
ли доказательства [тому]?
Хозяин сказал:
— [Таких] сутр очень много, и свидетельства [в них] многочисленны и
разнообразны.
(…)
В Сутре о Великом Собрании говорится: «Положим, есть царь, и хотя в
неисчислимых жизнях [он] оказывал благодеяния, соблюдал заповеди и руководствовался
[в деяниях] мудростью, но, если увидев, что моя Дхарма [xxxv] исчезает,
[он] отбросит [ее] и не защитит, то [он] потеряет взращенные неисчислимые
добрые “корни” [xxxvi], и в стране появятся три несчастливых дела. Во?первых,
дороговизна злаков, во?вторых, военная смута, в?третьих, распространение
болезней. Все добрые боги покинут ее. Хотя этот царь и повелит [следовать]
учению [Будды], люди [ему] не последуют, и [на них] постоянно будут
нападать из соседних стран. Неожиданно начнутся огненные бури, много
будет злых ветров и проливных дождей. Будет все больше бурных волн,
которые поглотят народ. Внутренняя и внешняя родня [xxxvii] вместе устроят
смуту. Вскоре этот царь заболеет тяжелой болезнью. После того, как окончится
[его] жизнь, [он] возродится в Великой Подземной Тюрьме [xxxviii]. То
же самое произойдет с супругой [царя], царевичами, сановниками, главными
в городах, главными в деревнях, военачальниками, правителями уездов,
чиновниками в ведомствах» [xxxix].
Это — письменные свидетельства четырех сутр, и кто же в народе будет
[в них] сомневаться! Однако люди слепы. Введенный в заблуждение народ
безрассудно верит в лживые проповеди и не отличает истинного учения
[от ложного]. Поэтому в мирах Поднебесной [у людей] рождаются мысли
отдалиться от будд, отбросить сутры и нет желания защищать [их]. Поэтому
добрые боги и святые покидают страну. В результате злые духи и [следующие]
«внешним путем» [xl] приносят несчастья и вызывают бедствия.
Гость, побагровев [от гнева], сказал:
— Император Мин?ди из Поздней Хань, увидев во сне золотого человека,
обрел учение Белой Лошади [xli]. Принц из верхнего дворца [xlii], казнив
Мория за бунт [xliii], начал возводить храмы и пагоды. И с тех пор [все]
— от людей высшего [круга] до простого народа — поклоняются образам
Будды и всецело почитают свитки сутр. Поэтому на горе [Хи]эй [xliv],
Южном городе [xlv], в [храме] Ондзё и храме Тодзи [xlvi], по острову,
[омываемому] четырьмя морями [xlvii], в пяти столичных областях, по
семи дорогам [xlviii] как звезды [в небе] рассыпались образа [Будды],
и сутры, подобно облакам покрыли храмы. Семейство Цапли [xlix] созерцает
луну над Головой Орла [l]. Течение Хакле[наяши] [li] наследует манеру
Петушиных Ног [lii]. Можно ли сказать, что кто-то, презрев учение «одной
жизни» [liii], разрушает следы Трех Сокровищ [liv]? Если такие свидетельства
имеются, [я хотел бы] услышать обстоятельный [рассказ] о причинах этого.
Хозяин, приводя доказательства, сказал:
— Буддийские храмы касаются друг друга черепичными крышами, стоят вплотную
друг к другу хранилища сутр. Монахов столько же, сколько бамбука и тростника,
священников столько же, сколько риса и конопли, и уже многие годы [их]
почитают. И каждый день [им] снова и снова поклоняются. Однако Учителя
Дхармы [lv] заискивают [перед сильными мира сего], сворачивают [с истинного
Пути] и запутывают людей [в том, каким должно быть их] поведение. У
царя и [его] сановников отсутствует мудрость, и [они] не отличают истинного
от ложного.
В Сутре о Человеколюбивом Царе говорится: «Злые бхикшу, ища славы и
выгоды, проповедуют перед царями, наследными принцами, принцами крови
то, что предопределяет нарушение Дхармы Будды и упадок страны. Цари,
без разбору принимая на веру эти речи, устанавливают законы, идущие
вразрез [с должными], и не опираются на заповеди Будды. Но это как раз
предопределяет разрушение [Дхармы] Будды и ведет страну к упадку» [lvi].
В Сутре о Нирване [lvii] говорится: «Бодхисаттвы! Пусть [в ваших] сердцах
не будет страха перед злыми слонами, но пусть родится [в ваших] сердцах
страх перед плохими знаниями. Те, кого убивают злые слоны, не достигают
трех [плохих] “состояний” [lviii]. Но те, кого убивают плохие друзья,
обязательно достигнут трех [плохих] состояний» [lix].
В Сутре о Цветке Дхармы [lx] говорится:
У бхикшу в этот злой век будут ложные знания,
Мысли [их] будут извращены.
[Они] будут думать, что уже обладают тем,
Чего еще не имеют.
[Они] будут полны самодовольства.
Другие будут пребывать в араньях,
Носить одежду в заплатах и жить уединенно,
С презрением глядя на людей,
[Они] будут думать,
Что следуют истинному Пути.
[Они] будут проповедовать Дхарму «белым одеждам» [lxi],
Заботясь о собственной выгоде,
И добьются в мире почитания как архаты,
Обладающие шестью «проникновениями» [lxii]
(…)
[Такие люди] всегда пребывают на великих собраниях
И, желая нанести нам [lxiii] оскорбление,
Будут поносить [нас]
И говорить о нас злое царям, великим сановникам,
Брахманам, горожанам, а также другим бхикшу:
«Это люди с ложными взглядами
И проповедуют учения “внешнего пути”!»
(…)
В злой век замутненной кальпы [lxiv]
Будет много страха и нечистоты.
Злые духи войдут в тела [таких людей]
И [они] станут поносить и оскорблять нас...
(...)
Злые бхикшу замутненного века, не знающие Дхарму,
Проповедуемую Буддой с помощью уловок,
Станут злословить [про нас],
Много раз поносить, презирать [lxv].
В Сутре о Нирване говорится: «Через неисчислимые сотни лет после моей
[lxvi] нирваны все святые четырех путей [lxvii] также войдут в нирвану.
После исчезновения Истинной Дхармы, в [век] подобия Дхармы воистину
появятся бхикшу, которые, лишь для виду соблюдая заповеди, будут редко
читать нараспев сутры. Алчно стремясь к еде и питью, [они] будут взращивать
и вскармливать [свои] тела. Хотя [они] наденут кашайи, [все равно] будут
похожи на охотников, терпеливо смотрящих в узкие щели [засад], будут
похожи на кошек, учуявших мышей. [Они] все время будут говорить такие
слова: “Мы стали архатами”. Внешне показывая мудрость и доброту, а внутри
храня алчность и зависть, [они] будут похожи на брахманов, принявших
обет молчания [lxviii]. Воистину, [они] не шраманы, а только по виду
напоминают шраман. Распространяя ложные взгляды, [они] клевещут на Истинную
Дхарму» [lxix].
Если [мы] посмотрим на мир через [эти] писания, то [увидим, что] так
оно и есть. Ведь если не предостерегать [людей] от плохих монахов, разве
будет что-нибудь хорошее?
(…)
Сейчас наступил век конца [Дхармы], и нет [больше] святых людей. Идя
по темным улицам, [люди] забывают, что есть прямые пути. Как печально,
что [никто] не освобождает [их] зрачки от слепоты! Как больно [видеть],
что [их] влечет ложная вера! Поэтому все — от правителей страны наверху
до простого народа внизу — думают, что нет сутр кроме трех разделов
о Чистой Земле, и нет будд кроме [А]миды — трех «почитаемых» [lxx].
Но [разве] нет Святого Учения, которое привезли Дэнгё [lxxi], Гисин
[lxxii], Дзикаку [lxxiii], Тисе [lxxiv] и другие, проплыв десять тысяч
ри [lxxv] [среди] бушующих волн [lxxvi]? [Разве] нет по всей стране
на горах и у рек статуй будд, которым поклоняются? И не воздвигнуты
ли на вершинах высоких гор «миры Цветка» [lxxvii], в которых хранятся
[сутры и статуи будд]? Не поставлены ли на дне глубоких долин Лотосовые
Дворцы [lxxviii], которые почитают? Не [испускают ли] свет Шакьямуни
и Учитель Врачевания [lxxix], [стоя] рядом друг с другом? И не распространяют
[ ли они свое] величие на настоящее и будущее? [Разве] не достигли превращения
[lxxx] [бодхисаттвы Хранилище] Пространства [lxxxi] и Хранилище Земли
[lxxxii] и не даруют ли [они] благо [ныне] живущим и [тем, кто родится]
потом? Не потому ли правители страны делают подарки уездами и селениями,
и благодаря этому ярко горит свет в фонарях [lxxxiii], а главы земель
[lxxxiv] жертвуют поля и поместья и делают [этим] подношения [буддам
и храмам].
Однако из-за «Изборника» Хонэна, забыв Главу Учения [lxxxv], [все] почитают
будду Западного Края [lxxxvi]. [Они,] оставив [без внимания того, кому
Будда] поручил [проповедовать Дхарму], отвернулись от Татхагаты Восточного
Края [lxxxvii], почитая только сутру в трех разделах и четырех свитках
[lxxxviii], как пустые отбросили чудесные писания «одной жизни — пяти
периодов» [lxxxix]. Поэтому, если бы не было залов [А]миды [xc], у всех
бы исчезло желание делать подношения [этому] будде. Если бы не было
приверженцев «думания о будде», то [люди] быстро бы забыли о подаяниях
монахам [xci]. А так залы Будды [xcii] приходят в упадок, [на них растут]
черепичные сосны [xciii], струйки дыма [их труб] становятся тонкими,
монашеские кельи в запустении, на траве во дворах обильная роса [xciv],, несмотря [на это], все отбросили мысли защищать [Дхарму Будды Шакьямуни]
и не думают возводить [новые храмы]. Поэтому святые монахи — настоятели
храмов — ушли и не возвращаются. Добрые боги?защитники удалились и не
приходят [назад]. И это всецело из?за «Изборника» Хонэна. Как печально,
что в течение нескольких десятков лет сотни, тысячи, десятки тысяч человек
были очарованы демонскими предсказаниями [xcv], и многие были введены
в заблуждение об учении Будды [xcvi]. Полюбив стороннее, забыли истинное,
и разве не прогневались [на них] добрые боги? Отбросив круглое, полюбили
кособокое [xcvii], и разве не получили [тогда] поддержку злые духи?
Уж лучше запретить [то, что несет] дурное предзнаменование, чем проводить
десятки тысяч молений [xcviii]!
Гость побагровев [от гнева] сказал:
— После того, как наш Учитель Шакьямуни проповедовал сутру в трех разделах
о Чистой Земле Учитель Дхармы Таньлуань перестал разъяснять четыре «Рассуждения»
[xcix] и повернулся к Чистой Земле, Учитель Дхьяны Даочо, прекратив
[совершать] обширные деяния [согласно Сутре] о Нирване [c], всюду стал
проповедовать [о пути, ведущем к возрождению] в Западном Крае. Шаньдао?хэшан,
отбросив путанные деяния, занялся исключительно [«думанием о Будде»].
Управляющий Монахами [ci] Эсин [cii], собрав [в один текст] самые значимые
места из [разных] сутр, главным сделал единственное деяние — «думание
о Будде». Вот так [они] глубоко почитали [А]миду. Но сколько людей возродились
[в Чистой Земле]? Отдельно [скажу] о Святом Хонэне [ciii]. В детстве
[он] поднялся на гору Тэндай [civ], в семнадцать лет прочел шестьдесят
свитков [cv], а также изучал [учения] восьми школ [cvi] и глубоко постиг
[их] великий смысл. Кроме того, [он] семь раз перечитал все сутры и
рассуждения, углубленно изучал сочинения, толкования, жизнеописания,
записки [cvii]. [Его] мудрость была подобна [сиянию] солнца и луны,
[его] добродетели превосходили [добродетели] предшествующих учителей
[cviii]. Тем не менее, [он] запутался в том, в чем же смысл ухода [от
страданий], и не разобрался в сути нирваны. Поэтому [он] смотрел во
все стороны, все принимал во внимание, глубоко задумывался, заглядывал
далеко вперед, но в конце концов отбросил все сутры и занялся исключительно
“думанием о Будде”. Кроме того, во время сна [его] посетило чудесное
видение [cix], и [он начал] распространять [учение о Чистой Земле] среди
друзей и незнакомых людей во [всех] четырех концах [страны]. Поэтому
[его] называли “превращенным” телом Обретшего Силы [cx] или же почитали
как во второй раз родившегося Шаньдао. А раз так, то богатые и бедные
в десяти сторонах [света] склоняли [перед ним] головы, [к нему] отовсюду
направляли свои стопы мужчины и женщины. Однако сменялись весны и осени,
громоздились друг на друга годы. И вот [Вы], снисходительно относясь
к учению Почитаемого Шакья, порочите писания об [А]миде. Почему же несчастья
последних лет перекладываете на время святой жизни, [cxi] к тому же
порочите учителей прошлого и [порочите] Святого [cxii]? Ведь вырвешь
волосок — получишь ссадину, заденешь кожу — польется кровь! С давних
времен и до сегодняшнего дня еще не видели [человека], говорящего такие
злые слова! [Вы] должны страшиться, должны быть сдержанным. [Ваши] преступные
деяния достигли [невиданной] тяжести, и как [Вы сможете] избежать [наказания]
за [свою] вину? Сидя против [вас, я ощущаю] страх. Взяв в руки посох
[странника, я] хочу возвратиться [в родные места]!
Хозяин улыбнулся, остановил гостя и сказал:
— [Те, кто ест пищу с] горчицей, привыкают к горькому, в отхожем месте
забывают о [зловонном] запахе. Выслушав добрые речи, [Вы] думаете, что
[это] плохие речи, показывая на клеветников, говорите о них как о святых,
сомневаясь в истинных учителях, уподобляете [их] плохим монахам. Это
заблуждение воистину глубоко, этот грех [отнюдь] не мелок. Послушайте,
как [это все] возникло, [мы] подробно обсудим [все это]. В проповедях
Дхармы Почтаемым Шакья в течение «одной жизни — пяти периодов» устанавливается,
чтo первое, чтo последнее, различается, чтo врeменное, чтo истинное.
А Таньлуань, Даочо, Шаньдао склонились к врeменному и забыли истинное,
оперлись на первое и отбросили последнее, [поэтому] не постигли глубину
учения Будды.
Хонэн, в частности, хотя и пил из этого потока [cxiii], истоков [его]
не узнал. Почему [так случилось? Потому что он] поставил на 637 разделах,
2883 свитках сутр Великой Колесницы, а также на всех буддах, бодхисаттвах
и всех земных и небесных [богах] знаки «отбросить» — «закрыть» — «оставить
без внимания» — «откинуть» и развратил умы всех живых существ. [Он]
произносил только свои лживые речи и полностью пренебрегал проповедями
сутр Будды. Вины в клевете, оговорах, если сказать [правду], накопилось
так много, что и не с чем сравнить. Но все люди верят этой клевете и
повсюду почитают его «Изборник». Поэтому, поклоняясь Трем Сутрам о Чистой
Земле, отбрасывают все [другие] сутры. Почитая [лишь] одного будду Высшая
Радость [cxiv], забыли [всех других] будд. Воистину, этот [человек]
— заклятый враг всем [другим] буддам, всем [другим] сутрам, враг святым
монахам и всем людям. Это ложное учение широко распространилось по восьми
сторонам [cxv] и заполнило все десять сторон [света. Вы] очень страшитесь,
что из-за несчастий недавних лет [я] ругаю минувшие эпохи. Приведя несколько
примеров из прошлого, [я] смогу рассеять Ваши сомнения.
Во втором [свитке] «Прекращения [неведения] и постижения [сути]» [cxvi]
приводится [фраза] из «Исторических записок» [cxvii]: «В конце [правления
династии] Чжоу [cxviii] были люди с развевающимися волосами [cxix],
которые ходили нагишом и не следовали ритуалу [cxx]». Во втором [свитке]
«Обширных толкований» [cxxi] при толковании этой фразы цитируются «Предания
Цзо» [cxxii]: «Сначала Пин-ван [cxxiii] поехал на восток и у реки увидел
на полях празднества людей с развевающимися волосами. Знающие люди сказали:
“Не пройдет и ста лет, как сначала исчезнут ритуалы, [а потом погибнет]
государство”». Из этого узнаем, что сначала появляются предзнаменования,
а затем приходят несчастья. В «Прекращении [неведения] и постижении
[сути]» также [говорится:] «Кроме того. Юань Цзи [cxxiv] — талантливый
человек. [Он] растрепал [волосы] на голове, распустил пояс, и затем
все сыновья высшей знати научились этому. Тех, кто ругал друг друга
[словами] холопов, [они] называли [людьми], достигшими естественности,
а тех, кто придерживался ритуала, считали деревенщинами. Это был знак
исчезновения рода Сыма [cxxv]».
Кроме того, если посмотрим в «Записки о паломничестве в Тан [cxxvi]»
Великого Учителя [cxxvii] Дзикаку, то [там] говорится: «Танский император
У?цзун в начальный год Хуэй-чан [cxxviii], издав указ, повелел Учителю
Дхармы Цзиншуану из храма Чжанцзин распространять учение о “думании
о будде [А]миде” во всех храмах. В каждом храме [Цзиншуан останавливался]
на три дня, и [его поездки продолжались] непрерывно. Во второй год той
же [эпохи] в земли Тан вторглись войска из страны Хуэйгу [cxxix]. В
третьем году той же [эпохи] цзедуши [cxxx] из Хэбэя неожиданно организовал
мятеж. После этого страна дафаней [cxxxi] отказалась выполнять танские
приказы. Страна Хуэйгу еще раз напала на [танские] земли. И вообще,
войны и мятежи были такие же, как во времена циньского Сяна [cxxxii].
В городах и деревнях начались пожары. А что уж говорить о том, что У-цзун
повсеместно разрушал Дхарму Будды и уничтожил много храмов и пагод.
[Он] не смог подавить мятежи, и в конце концов из-за [всех этих] дел
скончался».
Имея [все] это в виду, давайте поразмышляем. Хонэн — человек годов Кэннин
[cxxxiii], [времени] правления прежнего императора Го?Тоба. Дела прежнего
императора у нас перед глазами. В нашей стране появились признаки того,
что уже произошло в Великой Тан. Вы [в этом] не сомневайтесь, не будьте
подозрительным [по отношению ко мне]. Только избавившись от несчастий,
[можно] вернуться к доброму. Нужно перекрыть [их] источник и вырвать
корни.
Гость, немного смягчившись, сказал:
— Хотя [я] еще не постиг в полной мере [всего того, что Вы говорили],
но кое?что все-таки узнал. [Повсюду —] от Цветочной Столицы [cxxxiv]
до Ивового Дворца [cxxxv] — на вратах [Будды] Шакья[муни] есть петли
и есть защелки, в домах Будды есть опоры и есть балки [cxxxvi], но [никто]
еще не написал [о том, что Вы мне сказали] правительству, не представил
доклад на высочайшее имя. Вы, человек незнатный, легко извергаете дурные
слова, значения их слишком [неопределенны], и смысла в них нет.
Хозяин сказал:
— Хотя я и маленький человек, но с почтением изучаю Великую Колесницу.
Навозная муха, притаившись в шерсти волшебного скакуна, пересекает [расстояние]
в десять тысяч ри [cxxxvii]. Зеленая лоза, дотянувшись до вершины сосны,
обретает невиданную высоту [cxxxviii]. Ученик — сын одного Будды [cxxxix],
служит царю всех сутр [cxl]. Разве в [его] сердце не проснутся печаль
и сожаление, когда [он] видит упадок Дхармы Будды?
Кроме того, в Сутре о Нирване говорится: «Если добрые бхикшу видят тех,
кто разрушает Дхарму, но оставляют [все, как есть], не обвиняют, не
изгоняют [таких людей], не наказывают [их], то, воистину знайте, они
— враги Дхармы Будды. Если же [они] способны изгонять [таких людей],
обвинять [их] и наказывать, то это — мои [cxli] ученики. [Они] — воистину
“слушающие голос”» [cxlii].
Я не «добрый бхикшу», но для того чтобы избежать обвинения, [доказать,
что я] не «враг Дхармы Будды», взяв только самое главное, покажу [Вам]
хотя бы один край [истины].
(…)
Хозяин сказал:
— Я [человек] глупый и определенно не обладаю мудростью. [Я] говорю
только то, что есть в сутрах. Что касается искусства управления [страной,]
то об этом [говорится] во многих текстах «внутреннего» [cxliii] и «внешнего»
[Пути], и трудно привести [здесь их] все. Однако, вступив на Путь Будды,
[я] часто возвращался к [моим] глупым мыслям [и пришел к выводу, что],
если запретить [деятельность] людей, клевещущих на Дхарму, и ценить
монахов, следующих по правильному Пути, страна обретет спокойствие,
а Поднебесная — мир.
Вот, в Сутре о Нирване говорится:
Будда сказал: «Если [ты] будешь делать подношения всем [людям] за исключением
только одного человека, то все будут восхвалять и почитать [тебя]».
Чунда спросил: «Что [побудило тебя] сказать “за исключением только одного
человека”?»
Будда сказал: «Как объясняется в этой Сутре, несоблюдение [тем одним
человеком] заповедей?».
Чунда еще раз сказал: «Я пока не понимаю и прошу — объясни [мне] это!»
Будда сказал Чунде: «[Того, кто] не соблюдает заповеди, называют иччхантиком.
Если всем остальным [людям ты] будешь делать подаяния, то все будут
восхвалять и почитать [тебя], и [ты] обретешь великий плод?воздаяние
[cxliv]!» Чунда еще раз спросил: «Каково значение [слова] “иччхантик”?»
Будда сказал: «Чунда! Если есть бхикшу, бхикшуни, упасаки, упасики,
которые исторгают грубые и плохие слова, клевещут на Истинную Дхарму
[cxlv], совершают тяжкие деяния [cxlvi], [не способны] когда-либо исправиться
и в сердце [у них] нет раскаяния, то таких людей называют повернувшими
на путь иччхантиков. Если [они] совершают четыре тяжких [преступления]
[cxlvii], пять преступлений, и сами наверняка знают, что совершили такие
тяжкие деяния, но в [их] сердцах как и с самого начала не было страха
и раскаяния, [так и впоследствие такие чувства] никак не проявились,
то [эти люди] и не подумают вечно защищать Истинную Дхарму и [стараться]
упрочить [ее], а будут разрушать [её], опошлять, принижать. Таких людей
[я] также называю направившимися на путь иччхантиков. Если делать подношения
[всем живым существам], за исключением только шайки иччхантиков, то
все [вас] будут восхвалять и [вами] восхищаться» [cxlviii].
Также говорится: «Я [cxlix] думаю о прошлых временах, когда [я] был
царем великой страны в Джамбудвипе. Имя мое было Мудрый Разрешающий.
[Я] любил и почитал сутры Великой Колесницы, Сердце [мое] было чистое
и доброе, [в нем] не было грубости, зависти, скупости. Добрые сыны!
В то время [я] почитал в [своем] сердце Великую Колесницу, услышав,
что брахманы клевещут [на Дхарму], прослушал [их] и тотчас же перерезал
[им] корень жизни. Добрые сыны, поэтому до сих пор [я] и не попал в
ад» [cl].
Также говорится: «Когда в старину Татхагата был царем страны и следовал
по Пути бодхисаттвы, [он] прерывал жизни брахманам из тех мест» [cli].
Также говорится: «Есть три [вида] убийств, а именно — “низшее”, “среднее”
и “высшее”. “Низшее” — [это убийство] муравья и вообще всех животных
за исключением только [тех, в чьем облике] появляются бодхисаттвы. Из-за
“низшего убийства” попадают в ад, “[мир] животных” и “[мир] голодных
духов” [clii] и получают [там] “низшие мучения”. Почему? Все эти животные
имеют слабые добрые “корни”, поэтому убивший [животных] сполна получает
воздаяние за преступление. “Средним убийством” называют [убийство] людей
— от обыкновенного человека до анагамина. Из-за этого деяния попадают
в ад, “[мир] животных”, “[мир] голодных духов” и сполна получают “средние
мучения”. “Высшее убийство” — [убийство] отца, матери, а также архата,
пратьекабудды, бодхисаттвы, [находящего] на последней [ступени] созерцания
[cliii]. [Совершившие “высшее убийство”] попадают в ад Авичи. Добрые
сыны! Если кто-нибудь сможет убить иччхантика, то [его деяние] не попадает
в три вида убийств. Добрые сыны! Те брахманы все были иччхантиками!»
[cliv].
В Сутре о Человеколюбивом Царе говорится: «Будда сказал царю Прасенаджите
[clv]: “Поэтому [я] вручаю [страны] царям и не вручаю бхикшу и бхикшуни.
Почему? Потому что [у них] нет такого величия и силы”» [clvi].
В Сутре о Нирване говорится: «Сейчас непревзойденная Истинная Дхарма
принадлежит царям, великим сановникам, первому министру, а также четырем
группам [clvii]. С людьми, клевещущими на Истинную Дхарму, великие сановники
и четыре группы должны воистину обходиться строго» [clviii].
Также говорится: «Будда сказал: “Кашьяпа! Так как благодаря предопределению
[я] способен защищать и хранить Истинную Дхарму, то обрел это алмазное
тело [clix]. Добрые сыны! Те, кто защищает и хранит Истинную Дхарму,
[могут] не принимать пять заповедей [clx], не следовать ритуалу, но
воистину должны держать [в руках] меч, лук и стрелы» [clxi].
Также говорится: «Если даже есть люди, принявшие и соблюдающие пять
заповедей, то, называя [их, я] не смогу сказать [, что это] люди Великой
Колесницы. Но тех, кто защищает Великую Колесницу, хотя и не принял
пять заповедей, [я] называю [людьми] Великой Колесницы. Те, кто защищает
Истинную Дхарму, воистину должны держать [в руках] мечи и [другое] оружие.
И хотя [эти люди] держат [в руках] мечи и другое оружие, я [clxii],
проповедуя о них, назову [этих людей] соблюдающими заповеди» [clxiii].
Также говорится:
— Добрые сыны! В прошлые времена в этой Кушинагаре [clxiv] в мир вышел
будда, которого звали Татхагата Радость И Увеличивающиеся Блага. После
нирваны [этого] будды Истинная Дхарма пребывала в мире неисчислимые
коти лет. Оставались последние сорок лет до [наступления века] конца
Дхармы, и в то время был один бхикшу, соблюдающий заповеди. Звали [его]
Помнящий О Добродетелях.
В то время было много бхикшу, нарушающих заповеди, и когда [они] услышали
проповеди [этого бхикшу], у всех [у них] возникли плохие мысли. Взяв
мечи и палки, [они начали] надвигаться на этого Учителя Дхармы. В это
время был царь, которого звали Обладающий Добродетелями. Услышав обо
всем этом, [он,] чтобы защитить Дхарму, тотчас же направился туда, где
находился проповедник Дхармы, и [они] вместе начали изо всех сил сражаться
с бхикшу, нарушавшими заповеди, и проповедник Дхармы смог избежать опасности.
На теле же царя не было места без ран, нанесенных мечами, копьями и
стрелами, и [они горели] как будто намазанные горчицей. Тогда Помнящий
О Добродетелях, восхваляя царя, сказал: «Прекрасно! Прекрасно! Сейчас
царь стал настоящим защитником Истинной Дхармы! В грядущие века это
[твое] тело воистину станет беспредельным, [оно воистину] сосуд Дхармы!»
Царь, прослушав в это время проповедь Дхармы, глубоко возрадовался в
сердце, и когда окончилась [его] жизнь, возродился в стране будды Акшобхьи
[clxv], и этот будда сделал [его своим] первым учеником. Наследники
того царя, народ, свита, те, кто [вместе с ним] сражался, те, кто [вместе
с ним] радовался, — никто не утерял мысли о бодхи [clxvi], и когда [их]
жизнь окончилась, все [они] возродились в стране будды Акшобхьи. Бхикшу
Помнящий О Добродетелях, когда жизнь [его] окончилась, также смог возродиться
в стране будды Акшобхьи и стал вторым учеником среди «слушающих голос»
того будды.
Когда [век] Истинной Дхармы будет приближаться к концу, именно так храните
и защищайте [ее]!
Кашьяпа! Царем в то время был я сам. Бхикшу, проповедовавшим Дхарму,
был будда Кашьяпа [clxvii]. Кашьяпа! Те, кто защищает Истинную Дхарму,
обретают плод такого вот неизмеримо [чудесного] воздаяния. [Именно]
поэтому я и обрел различные знаки [clxviii], которыми обладаю сегодня,
украсил себя [ими] и обрел неразрушимое тело Дхармы.
Будда сказал бодхисаттве Кашьяпе:
— Поэтому упасаки, защищающие Дхарму, и защищают [ее], воистину держа
[в руках] мечи и палки! Добрые сыны! После моей нирваны в грязный и
злой век страна придет в упадок, [все] будут обирать и грабить друг
друга, народ будет голодать. Из?за голода у многих в это время возникнут
мысли «выйти из дома» [clxix]. Таких людей назовут лысыми. Шайки этих
лысых людей, видя тех, кто защищает Истинную Дхарму, будут преследовать
[их] и изгонять или даже убивать, или причинять [им] вред. Поэтому сейчас
я разрешаю тем, кто [носит] белые одежды [clxx], держа [в руках] мечи
и палки, сопровождать людей, соблюдающих заповеди. Хотя [они] держат
[в руках] мечи и палки, я, говоря о них, назову [этих людей] соблюдающими
заповеди. Хотя [они] и держат [в руках] мечи и палки, прерывать жизнь
[достойным людям] не будут [clxxi].
В Сутре о Цветке Дхармы говорится:
Если люди не верят и поносят эту Сутру,
[Они] уничтожают во всех мирах
[Ростки] «семени» Будды [clxxii]
(…)
Такие люди, когда окончится [их] жизнь,
Войдут в ад Авичи. [clxxiii]
Итак, текст сутр ясен. Что могут добавить мои слова? В общем, как [сказано]
в Сутре о Цветке Дхармы, клевета на сутры Великой Колесницы превосходит
[по тяжести] неизмеримо [тяжкие] пять преступлений, поэтому те, кто
попадет в великую крепость Авичи, никогда [оттуда] не выйдут. Как [сказано]
в Сутре о Нирване, хотя разрешается делать подношения [тем, кто совершает]
пять преступлений, не разрешается давать подаяние [людям,] клевещущим
на Дхарму. Тот, кто убьет муравья, непременно попадет на «три плохих
пути» [clxxiv], а тот, кто запрещает клеветать на Дхарму, достигнет
ступени невозвращения [clxxv]. В [Сутре также] говорится, что Помнящий
О Добродетелях — это будда Кашьяпа, а Обладающий Добродетелями — это
Шакьямуни.
Учения сутр о Цветке Дхармы и о Нирване являются сутью «одной жизни
— пяти периодов». Предостережения серьезны, и кто же [им] не поверит?
Однако те, кто клевещет на Дхарму, и люди, забывшие правильный Путь,
с помощью «Изборника» Хонэна делают [свою] глупость еще более великой,
а слепоту [неизлечимой]. Одни, запомнив его облик, делают из дерева
изваяния [Хонэна] или пишут [его] портреты. Другие, поверив его ложным
проповедям, вырезают сорные слова [Хонэна] на табличках [clxxvi]. [Все]
это распространяют [по стране] посреди мора [clxxvii], выносят из городских
кварталов. Поклоняться [ему] — обычай его семьи [clxxviii], а делать
подаяния [разрешается только] его ученикам.
(…)
Гость сказал:
— Если пресекать молодцов, клевещущих на Дхарму, если останавливать
тех, кто не воспринимает предостережения Будды, то нужно, как [сказано]
в тексте тех сутр [, о которых Вы говорили], рубить [им головы]? Ведь
тогда станет больше убийств, и не будут ли это преступные деяния? Ведь
в Сутре о Великом Собрании говорится: «Если [человек] бреет голову и
надевает кашайю, то соблюдает [он] заповеди или нарушает заповеди, небесные
боги и люди должны делать [ему подношения. Этим [они] делают подношения
и мне [clxxix], так как [тот человек] — мой сын. Если же его бьют, то
это бьют моего сына. Если его поносят и унижают, то это оскорбляют и
унижают меня» [clxxx].
Если знаешь [, какая их ждет] расплата, то не рассуждая о том, что хорошо
и что плохо, и не выбирая, что правильно или неправильно, нужно делать
[монахам] подношения, даже если монахи [клевещут на Дхарму]. Как же
можно бить и ругать детей без того, чтобы не скорбел отец? Те, кто нанес
вред бамбуковыми палками Почитаемому Маудгальяяне, навечно опустились
на дно ада, а что уж говорить о Девадатте, который убил бхикшуни Цветок
Лотоса [clxxxi]? [Он] долгое время задыхался в пламени [ада] Авичи.
Свидетельства о прошлых [делах] ясны и у потомков больше всего [из?за
них] страха. И хотя [то, что Вы говорите,] похоже на предотвращение
клеветы на Дхарму, [на самом деле это] разрушение предостерегающих слов
[Будды]. [Вашим словам] трудно поверить, и как [их следует] понимать?
Хозяин сказал:
— Гость ясно видит текст сутр и говорит словами из них. Не дошли [ли
они] до сердца? Проникли ли [Вы] в Принцип [учения Будды]? [Я ничего
не имею] против сынов Будды, а только ненавижу клевету на Дхарму. Хотя
по учениям будд [, пребывавших в мире до Шакьямуни,] за такое преступление
[clxxxii] отрубали головы, [в записанных] в сутрах проповедях Способного
К Человеколюбию, после [его появления в мире] [clxxxiii] запрещалось
[лишь] делать подаяния [плохим людям]. Таким образом, если все четыре
группы в десяти тысячах краев четырех морей [clxxxiv] не будут делать
подаяния этим плохим [людям] и все обратятся к доброму, то какие же
беды будут появляться друг за другом, какие же несчастья придут, обгоняя
друг друга?
Гостъ поднялся со [своего] места, поправив воротник, сказал:
— Учение Будды разноречиво, и трудно ухватить суть. Странное во многих
[его] частях, и принципы [его] неясны. Однако «Изборник» того Хонэна
здесь, перед нами, и [он] ставит [знаки] «отбросить» — «закрыть» — «оставить
без внимания» — «откинуть» на будд, сутры, бодхисаттв, богов. [Смысл]
этого текста ясен. Из?за этого святые ушли из страны, добрые божества
бросили [родные] места. Поднебесную [охватили] голод и жажда, в мире
[распространяются] болезни. Хозяин, широко цитируя текст сутр, ясно
показал на правильное и ложное. Поэтому [я] и избавился от ложных привязанностей.
Уши и глаза [у меня стали] яснее во много. [Все —] и один человек,
и весь народ — любят покой в стране, мир в Поднебесной и радуются [им].
Если немедленно запретить подаяния иччхантикам, вечно делать подношения
монахам и бхикшуни, успокоить белые волны на море Будды [clxxxv] и срубить
зеленое дерево на Горе Дхармы [clxxxvi], [наш] век станет веком Си и
Нуна, а [наша] страна станет страной Тана и Юя [clxxxvii]. И после этого
[все люди] будут черпать мелкие и глубокие воды Дхармы [clxxxviii] и
[поклоняться] опорам, [а также] балкам домов Будды.
Хозяин, обрадовавшись, сказал:
— Голубь, изменяясь, становится соколом. Воробей, изменяясь, становится
хамaгури [clxxxix]. Как радостно, что Вы стали другом Орхидеевой обители
и обретенные [Вами ранее] качества полыни [сменили на свойства] конопли
[cxc]! Действительно, если оглянетесь на те бедствия и всецело поверите
этим словам, ветер утихнет, волны успокоятся, и не пройдет и дня, как
[вызреет] обильный урожай!
Однако человеческое сердце со временем меняется, и природа вещей меняется
в зависимости от того, где [они] находятся. Это подобно тому, как [отражение]
луны на воде колеблется под действием волн, как [движение] солдат в
первой линии следует [движению] мечей [противника]. Хотя Вы, сидя [здесь],
действительно верите [моим словам], потом, конечно, [все] забудете.
Если [мы] прежде всего хотим [установить] спокойствие в стране и молиться
[о наших] нынешних и будущих [жизнях], то давайте быстро рассмотрим
положение дел и незамедлительно предпримем меры!
Почему? Потому что из семи бедствий, [перечисленных] в Сутре об Учителе
Врачевания, пять бедствий уже, осталось еще два. А именно, «бедствие,
когда вторгаются из других стран и грабят» и «бедствие, когда в собственной
[стране] начинаются беспорядки». Из трех несчастий, [перечисленных]
в Сутре о Великом Собрании, два несчастья появились быстро, одно несчастье
еще не пришло. А именно, «несчастье, [заключающееся] в военной смуте».
Хотя различные несчастия и беды, [перечисленные] в Сутре о Золотом Свете,
возникают одно за другим, одно несчастье еще не наступило, а именно
«разбойники из других краев вторгнутся в страну и будут грабить [ее]».
Это несчастье еще не пришло. Из семи бедствий, [перечисленных] в Сутре
о Человеколюбивом Царе, шесть бедствий широко распространились [по стране],
но одно бедствие еще не пришло, а именно, бедствие, когда с четырех
сторон «приходят разбойники и опустошают страну». Вдобавок здесь еще
[говорится]: «Когда страна [входит] в смуту, то прежде всего [возникает]
смута среди духов и земных божеств. А из-за смуты среди духов и земных
божеств [начинается] смута в народе».
(…)
В Сутре о Нирване говорится: «Если отдалишься от хороших друзей, не
станешь слушать Истинную Дхарму, а будешь привязан к плохим учениям,
то по этой причине утонешь в аду Авичи, и обретенное [там тобой] тело
будет в длину и ширину восемьдесят четыре тысячи йоджан [cxci]» [cxcii].
[Мы] широко открыли сутры и [видим, что] клевета на Дхарму исключительно
тяжелое [преступление]. Как печально, что все, отойдя от врат Истинной
Дхармы, глубоко зашли в темницу ложных учений! Как глупо, что, [стремясь]
разорвать сети плохих учений, все постоянно запутываются в сетях этих
клеветнических учений! [Люди] блуждают в этом густом тумане или погружаются
на самое дно того бушующего пламени [cxciii]! [Разве] не [пребывают
они] в тревоге? [Разве] не страдают?
Незамедлительно меняйте [то, во что] Вы верите и что почитаете! Быстрее
возвращайтесь к единственно доброму — Истинной Колеснице [cxciv]! И
тогда все три мира [cxcv] станут [одной] страной Будды, а разве придет
в упадок страна Будды? Десять сторон [света] станут землями из драгоценностей
[cxcvi], а как же могут разрушиться земли из драгоценностей? Если в
стране не будет даже малейшего упадка, а земли не подвергнутся разрушению,
то [Ваше] тело будет пребывать в полном покое, а [Ваши] мысли — в дхьяне.
Нужно верить этим словам и речам, нужно почитать [их]!
Гость сказал:
— Кто же не будет беспокоиться, кто же не согласится [с Вами, если речь
заходит] о [его] нынешней жизни и будущих жизнях? Открыв эти сутры,
[люди] в подробностях узнают о речах Будды, о том, как тяжела вина [человека],
клевещущего на Дхарму, о том, как действительно серьезно преступление
[человека], разрушающего Дхарму., поверив в одного будду [cxcvii],
отвернулся от [других] будд, почитая сутру в трех разделах, оставил
без внимания [другие] сутры, но [причиной этого] были не мои извращенные
мысли, а [результат] следования словам людей прошлого. И с [другими]
людьми с десяти сторон [света] то же самое. Но в тексте [сутр] ясно
сказано, что, заставляя страдать в этой жизни [свои] природу и мысли,
[человек] попадает в следующей жизни в [ад] Авичи. Нельзя сомневаться
[в этом]! Тупые мозги глупого гостя, который все больше верил сострадательным
предостережениям благородного господина, постепенно прояснялись. Чем
быстрее предпримем меры против [клеветников на Истинную Дхарму], тем
быстрее достигнем мира [в стране]. Сначала обретя покой в этой жизни,1мы]
поможем [себе] и после кончины. Я не только буду верить [сам], но и
предостерегать от ошибок других людей.
Изложил [1] [это] в начальный год Бунъо [cxcviii] — [бог-управитель]
Тайсай [cxcix], [год] старшего брата Металла и Обезьяны [cc]. Начал
[«Рассуждения»] в годы Сёка [cci], закончил в начальный год Бунъо.
Увидев в 23-й день 8-й луны начального года прошедших [годов] Сёка [ccii]
— [бог?управитель] Тайсай, [год] младшего брата Дерева и Змеи, [в час,]
когда Свинья побеждала Пса [cciii], великое землетрясение, [я начал]
писать это. Потом, в шестнадцатый день седьмой луны начального года
Бунъо, [бог?управитель] Тайсай, [год] старшего брата Металла и Обезьяны,
с помощью дзэммона Ядоя передал [«Рассуждения» отошедшему от дел] Господину,
«вступившему на Путь» из храма Саймёдзи [cciv]. После этого, в 5-й день
7-й луны начального года Бунъэй [ccv]— [бог?управитель] Тайсай, [год]
старшего брата Дерева и Крысы, когда [увидел] большую яркую звезду [ccvi],
[я] еще больше узнал об истоках этих бед. В 18?й день правильной луны
[ccvii] 5?го года Бунъэй [ccviii], [бог?управитель] Тайсай, [год] старшего
брата Земли и Дракона, через девять лет, прошедших с начального года
Бунъо, [бог?управитель] Тайсай, [год] старшего брата Металла и Обезьяны,
из великой монгольской страны на западе передали письмо, в котором говорилось
о намерении напасть на нашу империю. В 6?й год тех же [годов Бунъэй]
[ccix] передали еще одно письмо. То, о чем [я] уже [говорил] в послании
[ccx], оправдалось. Если задуматься, имея это в виду, то не будет ли
то же самое в будущем [ccxi]?
Это сочинение несет в себе предзнаменования, и отнюдь не благодаря силе
Нитирэна. Не вызваны ли [они] прочувствованием текста Сутры о Цветке
Дхармы?
Написано в 6?й год Бунъэй, [бог?управитель] Тайсай,
[год] младшего брата Земли и Змеи
Трактат «Рассуждения об установлении справедливости и спокойствия в
стране» переведен по изданию: Сёва тэйхон Нитирэн сёнин ибун?сю («Письменное
наследие святого Нитирэна. Эталонный текст [годов] Сёва»), Минобусан
Куондзи, 4 тт., 1952, (1991, т. 1, с. 208—226). Кроме того, были использованы
следующие книги: Нитирэн бунсю (Собрание сочинений Нитирэна), ред. и
примеч.. Кабутоги, Токио, «Иванами?сётэн», 1982; Риссё анкоку рон
(«Рассуждения об установлении справедливости и спокойствия в стране»),
Киото, молодежная ассоциация школы Нитирэн в Киото, 1995; Сэкидо..
«Риссё анкоку рон» нюмон (Введение в «Рассуждения об установлении справедливости
и спокойствия в стране»), Токио, «Санкибо?буссёрин», 1995; Selected
Writings of NICHIREN. Translated by Burton Watson and others. Edited
with an Introduction by Philip B. Yampolsky. New York, «Соlumbia University
Press», 1990.
***